October 4th, 2018

ВЕРА ШИХОВА. ПОЛГОДА В ПРОКОПЬЕВСКЕ.

Миновало почти полгода (с 15 апреля) как Вера Шихова вынуждена была срочно прервать вахту протеста в Москве в защиту социальных прав своего искалеченного сына-шахтёра, и вернуться к нему в Прокопьевск, так как состояние его здоровья резко ухудшилось.

Отъезд Шиховой из Москвы для властей стал долгожданным событием, к которому и без того они долго её мотивировали - незаконными задержаниями, угрозами, штрафами.

Кроме такого "правового пакета" Шихова не получила иной поддержки властей. Мать пострадавшего шахтёра уже несколько лет разрывается на полстраны, пытаясь одновременно добиться в Москве исполнения судебного решения (признающего полную потерю трудоспособности Александра Шихова), социальных гарантий для него и лечение больного сына в Прокопьевске. И всё это - за 8.5 тысяч пенсионных рублей на двоих.
Collapse )







Екишев

ГРУБЫМ ДАЕТСЯ РАДОСТЬ, НЕЖНЫМ ДАЕТСЯ ПЕЧАЛЬ…

В тюрьме, где каждый день похож один на другой – не так много и занятий у людей, чтоб скрасить и быстрее проводить настоящее, хоть на один шаг, но продвинуться ближе к свободе, нереальной. Как возвращение из космоса…

Играя в нарды – невольно напеваешь – это и способ общения с человеком, и некая форма комментариев происходящего… Телевизионный зомбирующий гул зачастую вызывает такую аллергию, что как ни щелкай по каналам – «не найти того, что ищешь, ни тебе, ни мне» – чего там, наверное, и нет и не может быть… Хотя, как фон – может чем-то и помочь в нужную минуту. Например, стоит напротив Стас, и выпадает тебе нечто очень нужное… И ты, вторя рекламе, подхватываешь:

– «Пятерочка» выручает! – конечно, ты вовсе не о ритейлерах и сети гипермаркетов, а о нужном куше.

– Что творят канадцы! Такой хоккей нам не нужен!.. – это по случаю невезения, в память, о незабвенных хоккейных комментах Николая Озерова, за что вроде бы его на год отстранили от эфира: – Гол! …! Штанга! – выпаливает Стас об особо неудачно выпавших цифрах на «зариках» (кубиках).

– Вот как бывает! – напевая, подзуживаешь ты его, чья позиция все ухудшается, и близится то ли «марсико», то ли «коксико», а то и вовсе «домашний»… Счет в тюрьме, как срок – вроде и ежедневный, и вечный – растягивающийся на долгие колонки цифр – вот целые тетради с точковками бесконечных баталий с Пашей, с Асланом, с Кахой… «Все пройдет, и печаль и радость»… И уж конечно – «никто нам это лето не вернет…»
Collapse )