?

Log in

No account? Create an account

mejdurechensk


Россия- один большой Междуреченск.

Мы пишем о взрывах.Техногенных и социальных.


Управа ответь. Медики просят брать с них квартплату
t_moshkin wrote in mejdurechensk
В пятницу 21 декабря в 15-00 медицинские работники из дома по Симферопольскому Бульвару 19, собираются прийти с визитом вежливости в управу Нагорного района (Болотниковская, 3 корп 2. Ближайшее метро Каховская) и потребовать, что бы с них взимали квартплату. Дело в том, что в настоящее время медикам отказываются выдавать квитанции для оплаты коммунальных услуг. Медработники вполне резонно опасаются, что чиновники, лишившие их возможности платить за коммуналку, вскоре потребуют выселения их через суд за неуплату.
Read more...Collapse )

путька дырова _людоедские детские вопросы _ восстание журналистов
ааааааализая
gadsjl_7 wrote in mejdurechensk
Оригинал взят у gadsjl_7 в путька дырова _людоедские детские вопросы _ восстание журналистов
Страница
Улицы ждут наших шагов
сегодня в 0:48
Стихийный митинг журналистов. Болотная в гостях у Путина.
Четыре часа десятки журналистов один за другим задавали вопросы Владимиру Путину. Для главы государства с двенадцатилетним стажем это, конечно, не рекорд. Но, похоже, в первый раз за всю карьеру ему пришлось столкнуться со столь агрессивно настроенными к нему людьми. Причем агрессию продемонстрировали не только сотрудники оппозиционных СМИ, но и прокремлевские «Известия», и корреспонденты государственных телеканалов. 
Они методично один за другим задавали ему неприятные вопросы, которые заставили Путина пунцоветь от ярости, сжимать кулаки, нападать и объясняться. Сперва уверенно, а затем все более приглушенным голосом раз за разом объяснять журналистам – зачем депутаты решили наказать невинных детей, лишив надежды хотя бы на американское усыновление. 
Первый неприятный вопрос про запрет усыновления задала Ксения Соколова из журнала «Сноб». Президент быстро взял себя в руки и ответил достаточно сдержанно. Но тут слово получил Александр Колесниченко из «Аргументов и фактов». Он уже не стеснялся в формулировках и впрямую называл законопроект о запрете на усыновление детей людоедским. И пока он обращался к Путину, в зале повисла мертвая тишина. Кто-то пошутил рядом со мной: после таких слов парня наверняка уволят. На Колесниченко Путин отреагировал уже агрессивно, произнеся разлетевшееся: «Вы садомазохист, что ли?»
После окончания пресс-конференции Колесниченко рассказал Slon, что, задавая этот «людоедский вопрос», не думал о последствиях и не боялся увольнения с работы. Просто для него это была личная тема: он сам усыновил ребенка. 
Потом слово передали журналистке из Кузбасса, которая доброжелательно пригласила президента в гости на добычу 200-миллионной тонны угля и спросила про переселение из ветхого жилья. Путин расслабился. Но ненадолго. Всего через несколько минут микрофон был в руках «девушки в желтом пиджаке». Так назвал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков журналистку «Эхо Москвы» Инессу Землер, которая снова спросила про законопроект. Следующим был Сергей Брилев – ведущий политической программы на телеканале «Россия». Даже журналист лояльной к власти газеты «Известия» Егор Сазаев-Гурьев неожиданно сказал Путину, что за 12 лет тот построил довольно жесткий, где-то даже авторитарный режим личной власти, и поинтересовался, является ли эта система жизнеспособной в новом веке. 
Слово тут же получила девушка из «Амурской правды», но в зале начался какой-то неконтролируемый беспорядок: журналисты, которые до этого момента дисциплинированно поднимали руки, начали вскакивать с мест. Кто-то размахивал шарфом, кто-то флажками, а корреспондент из Астрахани вообще надул красный шар и начал размахивать им из стороны в сторону. Ему сделали замечание, но он не успокоился. В ход шло все, что было под руками: линейки, таблички, мониторы айпадов с кошечками и даже ноутбуки. Одна девушка написала: «Спроси меня. Налоги. Право». А в это время кто-то кричал с галерки: «Не губите!» Право задать вопрос все чаще получали региональные журналисты – те, которых интересовали не сироты, а рыбалка, зарплаты сельских учителей и программы регионального развития. 
Когда микрофон перешел к корреспонденту телеканала «Дождь», на галерке уже начали сдвигать стулья. Уставшие корреспонденты в возрасте шутили, что Путин наверняка решил побить очередной рекорд по продолжительности пресс-конференции и нужно начать устраиваться поуютнее. Но если от «Дождя» «удобного» вопроса уж точно никто не ждал, то когда корреспондент «Первого канала» Павел Пчелкин спросил про коррупцию в судах и высших эшелонах власти, прокатился рокот удивления.
Гул в зале нарастал и, кажется, достиг апогея к тому моменту, когда микрофон дали Илье Азару из «Ленты.ру». Все то время, что он спрашивал Путина о «болотном деле», сидевшая рядом с ним Екатерина Винокурова из «Газеты.ру», театрально сложив руки на груди, молила Путина дать ей возможность задать ему свой вопрос. Она была так эмоциональна, что казалось, вот-вот вырвет микрофон из рук Азара. Путин разрешил ей задать вопрос. «Согласно ноябрьским опросам "Левада-центра", рейтинг доверия жителей России к вам составляет около 34 процентов. Количество недовольных курсом правительства и курсом нынешней власти уже 55 и 45 процентов соответственно. Как вы считаете, почему падают рейтинги, почему растет в обществе недоверие к власти, ко всем ее институтам?» – говорила она. Пока Путин отвечал, что все рейтинги приблизительны, некоторые журналисты уже смеялись в голос, а кто-то и вовсе встал со своих мест и отказывался садиться, несмотря на все просьбы сотрудников пресс-службы. Третьи призывали «закончить Ярославлем» и разойтись. 
Часть журналистов вышла из зала, не дождавшись окончания пресс-конференции. Песков неоднократно напоминал президенту о времени, намекая, что пора закругляться. Но зал ревел: десятки журналистов стояли с поднятыми табличками, не опуская их ни на минуту, и Путин сам начал выбирать тех, кто задаст следующий вопрос. После этого Песков уже не поднимал глаз. В итоге, когда последний вопрос задал корреспондент Los Angeles Times Сергей Лойко, в открытую сказав Путину о том, что 37 год начался, во всяком случае для Сергея Магнитского и для детей-сирот, аплодисментами разразился практически весь зал. Раздраженный Путин, услышав хлопки, спросил: «Чему тут аплодировать?» «Я поддерживаю вопрос», – глядя в глаза президенту, ответила корреспондент Slon Ирина Грузинова из первого ряда. Казалось, еще несколько минут, и зал взорвется и начнет скандировать «Россия без Путина» и «Россия будет свободной». «Да здесь одни белоленточники», – раздавались реплики в зале. 
Когда последний вопрос был задан, все репортеры повскакивали и устремились к трибуне. Призывов ФСО и пресс-службы сесть на место никто не слышал. Сотрудники охраны взяли Путина буквально в кольцо оцепления. Но журналисту Slon Ирине Грузиновой таки удалось задать последний вопрос, на который Путин ответил, уже не пытаясь скрыть свою злость. После этого он в сопровождении многочисленной охраны покинул зал. 
Так из знакомого, понятного и контролируемого мероприятия пресс-конференция стала для президента своего рода Болотной площадью, где теперь митинговали журналисты, значительная часть которых рискует поплатиться за это рабочими местами.
Ссылка slon.ru
Понравилось 204 людям

последствия в некоторых регионах не заставили себя ждать: @ru_rbc: В Чечне закрыли газету "Путь Кадырова" после пресс-конференции Путина. http://t.co/qB1vMwro


ШтурмТВ.Встретились Квачков и Хабаров,одной афганской крови,братски обнялись.Першин,Квачкова,Екишев
Пара Беллум
ekishev_yuri wrote in mejdurechensk
Штурм ТВ. Встретились Квачков и Хабаров, «одной афганской крови», и братски обнялись. А.Першин, Н.Квачкова, Ю.Екишев



Заседание 20 декабря было последним в уходящем году. И последним по предъявлению доказательств обвинения. Было несколько свидетелей. Один из них – Леонид Васильевич Хабаров, уникальный человек: про Киселева он сказал – «не знаю», про Квачкова – «не вижу». И заставил суд показать ему полковника Квачкова. Свидетель Мандрик из Волгограда – опроверг, что он говорил о вооруженном мятеже, и что его обманули. Подлинность подписи его они удостоверяли по телевизору… которую мог подделать даже ученик школы вместо классного руководителя. Кралин из Екатеринбурга заявил о пытках, о том, что он на допросах терял сознание, и никаких слов о мятеже не давал, подпись его подделана. И Хабаров, и Мосолов из Воронежа – ни один из свидетелей не подтвердил никакого силового свержения. Прокурор старался зацепиться за цели и задачи Ополчения. Защищая режим, у которого за рубежом – дети, жены, деньги, виллы. Никакого вооружения так и не было представлено, ни карт, ни схронов с оружием. Ни одного существенного доказательства, кроме выдернутых слов из разговоров. Вывод – полковника Квачкова судят за критику незаконного строя. А Киселев при помощи двух «анонимов» притянут к суду, чтоб было хоть какое-то «вооружение». Даже из якобы существовавшей группы Киселева никто не был вызван в суд. Все это – пытка для разума, у нормального человека вызывающая только головную боль. Вопрос у Мандрика – «ваша подпись или не ваша»? – привел… к замечанию адвокату Першину. Суд подыгрывает прокурору как Змей Горыныч из анекдота, который предлагая Ивану играть в шашки, говорит: «Я снимаю три твоих, хожу первый и два раза!» Вырванными из контекста словами можно составить что угодно, например «прокурор… сотворил… мятеж» Это не суд, это прикрытие «самодержавия веры в Золотого тельца», для которого и нужны свидетели-провокаторы, с одной стороны боящиеся и запуганные, а с другой «уважающие» обвиняемого полковника Квачкова – тоже только как персонажи из анекдота про баню: «или трусы одень, и крест сними»… Одно только радует – сила духа: и изможденного полковника Л.Хабарова и полковника В.Квачкова, их трогательная встреча через тысячи километров. Надеемся, именно на них будет равняться русская молодежь.
Перерыв в суде объявлен до 14 января, до 10:30 утра.